ВладимирЪ МалдерЪ (vmulder) wrote,
ВладимирЪ МалдерЪ
vmulder

Categories:

Усадьба Смецкого в Макаровке

Итак, что Абхазского в Центральном Черноземье? Хотя бы водопад, а вот теперь еще одна частичка Абхазии - усадьба Смецкого, правда не Николая, а Александра.


Фото 1.

Макаровка — село Курчатовского района Курской области известно с 18 в. под именем Теребовля.

Макаровкой село стало было при императоре Павле I, который за некие заслуги даровал его помещику Макару Опочинину. Тот «до баб ужо охоч был», красивыми крестьянками баловался… И на селе рождались мальчики, которых, по велению барина, называли Макарами. Сам помещик не скрывал причастности к их рождению, и с усмешкой часто приговаривал: «Мое селение, Макарово, пусть Макары тут и живут!» У самой речки жил Макар Макаров, и у леса – Макар Макаров, и на бугру – Макар Макаров. Как же тут Теребовлей село называть?!
В начале XIX века в Макаровке обжился князь Владимир Ширков со своей семьей. Он был заядлым театралом, который имел свой крепостной театр, хор и симфонический оркестр. Князь дружил с известным композитором Михаилом Глинкой и именно он подкинул ему идею написать «Камаринскую», а сам стал автором стихов к каватине Гориславы «Любви роскошная звезда» и либретто к первой части «Руслана и Людмилы». Дружба Глинки с Ширковым продолжалась и после того, как он переехал в Макаровку на ПМЖ.
Сам по себе князь Ширков вёл разгульный образ жизни, а дабы покрыть свои расходы был деспотичным со своими рабами крепостными крестьянами и не только с ними. Жена князя, не желая мириться с изменами мужа велела построить отдельный дом. Эх... поленился его зафоткать, думал хрущёвка... В советское время там была школа при тубсанатории. Сам дом князя не дожил до наших дней, но не по вине революционеров, фашистов или же хрущёвских колхозников. А дело было так.
В соседней деревне была красивая дочь помещицы Алуштиной, которая была любовницей князя-казановы. Однажды на балу он увидел, как за Алуштиной младшей ухаживал молодой офицер. Взбешенный князь на следующий день велел своим слугам привести ее насильно, те придя в дом взмолились, мол, барыня не гневайся, приезжай, иначе конец. Ни о чем не подозревавшая молодая помещица приехала в имение Ширкова, где князь-маньяк убил её, а тело расчленил на части и выбросил на поле Алуштиной. Преступление моментально раскрыли, царю подали прошение о наказании преступника. Поступок князя настолько разозлил царя, что он повелел стереть дом с лица земли, не оставив камень на камне, дабы стереть навсегда память о князе Ширкове.
Имение преходило из рук в в руки. Здесь жили жила баронесса Дука и Нелидовы, Карамзин (сын писателя) и Клейнмехель.
В 1874 году Князь Александр Николаевич Смецкой (возможно что и брат Николая Николаевича Смецкого, того самого, что владел имением в Абхазии) приобрёл имение в Макаровке. Он был крупным промышленником, в его владении была ситцевая и суконная фабрики в Москве, в Костроме – запасы красного строевого леса, имелось дело и в Воронеже, здесь же, в Макаровке он построил винокуренный завод.


Фото 2.

Смецкой был очень богатый, каждый раз, как навещал свое поместье он щедро одаривал своих крестьян и слуг, устраивал балы, на которых были изысканные кушанья, приготовленные его слугами. На господской кухне содержалось 55 дойных коров, а для детей барских содержали отдельную корову. В конюшнях были ездовые, парадные и беговые лошади, а когда Смецкие ездили на прогулку и на речку они бросали мелочь и конфеты деревенским ребятишкам.
А вот и усадьба. В настоящее время на ее территории расположен противотуберкулезный санаторий областного значения, который работает с 1924 года. В нём работал талантливый доктор Бенциан Файншмидт. Его сын Александр Бенцианович пошел по стопам отца, стал доктором-онкологом, защитил диссертацию и получил ученую степень.

Фото 3.

Ленин, которого совсем недавно позолотили. А буквально год назад он валялся вон в тех кустах.

Фото 4.

Пройдёмся вокруг.

Фото 5.

Усадебный дом заброшен с 1999 года. Тогда в санатории был ремонт, но почему-то на самое ценное - усадебный дом денег не хватило... скрысился кое-кто.

Фото 6.

Заколяйся, если хочешь быть здоров.

Фото 7.


Фото 8.

Усадебный дом является памятником архитектуры начала XX века. Это деревянное строение в два этажа, представляющее собой пример эклектики. Выражается это в соединении элементов модерна и неоклассицизма, оформление выполнено в греческом и итальянском стилях.

Фото 9.


Фото 10.

Северный фасад имеет лоджию над парадным входом, в южном размещается полукруглая терраса.

Фото 11.

Сфоткать ее из-за зарослей ну никак.

Фото 12.

Но зато вот старая фотография. Из какой-то советской газеты 70х годов. Видно, что он уже тогда начинал разрушаться и сыпаться.

Фото 13.

А вот такой милый фонтанчик нашелся среди зарослей и репяхов.

Фото 14.



Фото 15.

А вот и загадочные лица...

Фото 16.

Местные верят, что в этих рельефах застыли лица трех дочерей одного из владельцев усадьбы – князя Владимира Ширкова. Однако сохранившийся усадебный дом был построен при другом хозяине – помещике Александре Смецком, у которого было два сына.

Фото 17.

Учительница Людмила Плаксина имеет свою версию происхождения лепных масок: по ее словам, на главном фасаде изображена императрица Екатерина II, а по двум другим сторонам – баронесса Александра Дука, которая тоже некогда хозяйствовала тут.

Фото 18.

Ну чтож, залезем внутрь... не ожидал честно сказать, такого дестроя. Усадьба гниёт на глазах, а ведь это памятник истории! Правда начала XXвека но всё равно, памятник.

Фото 19.


Фото 20.

А вот остатки печки и клеймёный кирпич... люблю такие.

Фото 21.


Фото 22.


Фото 23.

В общем, ребята, объект баян-помойка-помойкой. Ничего не осталось. А когда-то здесь было совсем по другому.

Выдержки из мемуаров доктора Александра Файншмидта-младшего, опубликованные в Интернете: «Мне не было и пяти лет, когда родители привезли меня в «Сказочную Страну Макаровку». Под сенью крон высоких дубов и остролистых кленов, среди тенистых аллей старинного парка стоял очень красивый двухэтажный «барский» дом с высокими стрельчатыми окнами, лоджией над главным фасадом и двухэтажной полукруглой верандой с противоположной стороны, обрамленной колоннами ионического ордера. Рядом с фонтаном, облицованным белым мрамором, сладко нежились на солнышке роскошные клумбы астр, матиоллы, львиного зева, петуний и декоративного табака. А невдалеке стоял флигель с большой широкой верандой, опоясанной изящной балюстрадой, служивший в свое время жилищем для управляющего имением. Флигель был отведен под жильё семье директора санатория вместе с дорогой старинной мебелью из мореного дуба с удобными стульями и креслами, обитыми темно-голубым шелковым бараканом, с изумительными картинами на стенах в тяжелых позолоченных рамах и огромным, во всю стену, старинным буфетом черного дерева в столовой с сервизом дорогого саксонского фарфора. В рабочем кабинете отца все стены почти до половины их высоты были затянуты строгими панелями из окрашенного темно-коричневым лаком тисненного немецкого линкруста, а на большом двухтумбовом письменном столе, покрытом зеленым сукном, стоял массивный письменный прибор из уральского малахита с очень красивой настольной лампой под зеленым абажуром. А в мамином будуаре все стены от потолка до самого пола были драпированы сиреневым шелком, и стоял трельяж из очень дорогого, как говорила бабушка Сима, «бемского» зеркального стекла. Просто поразительно, как все это уцелело во время Гражданской войны, да и после нее.

Вот на одном из пожелтевших снимков стоит маленький худенький мальчонка в беленьких несуразных трусиках, со сдвинутой на затылок тюбетеечке и поднятой над головой в «пионерском салюте» худенькой ручонкой. Это – я. Мне там еще нет пяти лет, и на оборотной стороне фотографии написано, что это действительно Макаровка, и именно то самое время, о котором я веду рассказ. Бор, запечатленный на этой фотографии, был отделен от санатория широкой балкой, по дну которой протекал в те годы ручеек глубиной «воробью по колено». Если сложить ладошки «трубочкой» и, стоя спиной к санаторию, громко крикнуть какое-либо слово в направлении этого бора, то он тут же ответит тебе четким эхо, повторив его несколько раз. Теперь, когда со всех сторон постоянно обрушиваются на нас целые Ниагары всяческих звуков от ревущих в небе самолетов, рычащих мотоциклов, орущих телевизоров, магнитофонов и всяческой другой «цивилизации», вряд ли кто-либо обратит внимание на такую «мелочь», как эхо. А в то время, о котором я пишу, еще можно было «слушать тишину» и испытывать неизъяснимое волнение, услышав, как далекий сосновый бор, словно живой, отвечает тебе твоим же голосом, окрашивая его какими-то мягкими, теплыми обертонами».

Фото 24.


Фото 25.


Фото 26.


Фото 27.


Фото 28.


Фото 29.


Фото 30.

А вот и лоджия. Это на 2 этаже.

Фото 31.

А вот потолок. Говорят, на потолке люстра была старинная, но похоже мы её не застали.

Фото 32.

Подымаемся на третий этаж в лоджию. Осторожно, всё вот вот рухнет.

Фото 33.

А вот и лицо Екатерины II

Фото 34.


Фото 35.


Фото 36.


Фото 37.


Фото 38.


Фото 39.

В эту комнату уже не попасть... при всём желании.

Фото 40.

Похоже в последнее время именно этим тут и занимались...

Фото 41.

Винтовая лестница. Куда она ведет?

Фото 42.

Мы на крыше) ура. Полезли правда не все...

Фото 43.

А туда можно проползти и сделать интересный кадр. Только бы не провалиться. Полз по пластунски, все реально прогибается под тобой. И вот вот и ты упадёшь, пробив все переборки бедного домика.

Фото 44.


Фото 45.

Спуск вниз после порции адреналина.

Фото 46.


Фото 47.

Документы. Чьи-то судьбы...

Фото 48.


Фото 49.


Фото 50.


Фото 51.

Ну и под конец сводчатый подвал. В общем, ребята, до новых встреч.

Фото 52.

См. так же. Легендарный дворец князя Николая Смецкого с 365 комнатами.

Белый дворец


Оформлено с помощью «Обрамлятора»

Tags: abandoned, Абхазия, Курск, Курская область, городские легенды, деревня, дигг, диггерство, заброс, заброшенные места, история, йа краеведко, путёвые заметки, разруха, сталкер, усадьба
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments